Понтий Пилат ​(30.10.2014)

Ведущий: Я приветствую вас, Учитель. Я хотел задать вопрос. Почему в молитве «Верую» присутствует имя Понтия Пилата, и насколько он связан с образом Иисуса Христа с точки зрения религии?

Силы: Я приветствую тебя. Это достаточно редкий в наше время вопрос, поскольку его обычно задают либо дети, либо очень взрослые люди. С точки зрения нашего понимания Учительской системы  сам Понтий Пилат – это есть исторический персонаж, фигура, которая участвовала в представлениях Иисуса Христа  по отношению к его будущему определению, как Миссии, как святого, как божества. 

Сам Понтий Пилат является достаточно интересной личностью и с точки зрения психологизмов, которые определяли его в свое время, и с точки зрения того опыта, который он накопил за небольшую жизнь. Этот опыт позволял ему оценивать людей с разных сторон, с разных величин, с разных уровней понимания. Он был достаточно хорошим психологом, он был очень развитым человеком, культурно образованным, и знал хорошо историю – историю и Древнего Рима, и древних цивилизаций, которые привносились в римскую культуру от Александрии, от тех библиотек, которые потом были уничтожены. Он обучался у лучших преподавателей того времени, и прекрасно понимал божественное происхождение Христа, прекрасно понимал, что с ним взаимосвязаны определенные будущие образы, будущие события. 

Это понимание было не только его состоянием осознанности, но и состоянием его сознания, состояние его Души. Он прекрасно понимал, что живет в исторический период образования новой исторической Миссии, нового Бога, нового создателя, нового Спасителя. С точки зрения моего взгляда, с точки зрения цивилизаций, которые контролировали в тот момент ситуацию вокруг этого сценарного плана, и образовывали определенные противодействия, определенную событийность, которая была согласована с нами, фигура Понтия Пилата определялась цивилизацией Орион, цивилизацией, которая тогда уже имела полноправное участие в сценарном плане.

Понтий Пилат, как и римская цивилизация, были образованы по образу и подобию немецких националистов. Их система управления была очень близка к тому управлению, которое складывалось при фашизме в Германии. Недаром их орлы так похожи, недаром их многие законы и правила очень близки по структуре, по событийности, хотя эту аналогию мало кто проводил, но ее достаточно видно и понятно. Она достаточно прозрачна с точки зрения понимания, поскольку у них был трибун, у них был Цезарь, который имел практически безграничную власть, и у них был Совет, который осуществлял демократическое правление, но только на словах, поскольку демократия в Риме существовала только для определенного слоя населения. С точки зрения понимания Понтия Пилата, все процессы, которые происходили вокруг сценария Христа, образовывали некие системы нового взаимодействия, нового состояния эпохи, нового состояния определений пространства, в которых были задействованы люди, которые хотели верить в другие основы восприятия, в другие ценности, в другие направления мышления, вероисповедания. 

Эти направления вероисповедания, конечно же, пугали его, как некую личность, которая воспринимала это пространство со стороны людей-участников событий. Эти процессы были достаточно сложны с точки зрения сегодняшнего понимания, поскольку сегодняшнее понимание не включает достаточных знаний тех условий, того быта, тех религиозных убеждений, которые были на самом деле у людей. Но достаточно сказать, что, собственно, вера у римлян была очень и очень слабой в их собственные божества, и в языческих богов, богов Олимпа, в иудейских богов, которых они тоже воспринимали, как стороннюю религию. Следовательно, появление Христа, как некоего процесса, который доказывал своими действиями, образами, что волшебство, чудо существует, что пространство можно изменять по велению человеческой воли, вызвало у них не только любопытство, но и страх, но и опасность, но и боязнь.

Поэтому сама по себе фигура Понтия Пилата, по сути, является неким противовесом, неким состоянием, которое определяет тот страх, ту неуверенность, то состояние смятения, которое в то время было присуще большинству элиты, большинству людей, которые стояли у власти, которые могли влиять на систему управления государством, на систему управления городами, обществом. Эта неуверенность, это состояние и есть то состояние Понтия Пилата, который принял решение казнить Христа, который одобрил просьбу тех поклонников иудейской религии, которые настаивали на его уничтожении.

Конечно же, это был сценарий, конечно же, это был заранее спланированный результат, но персонажи, но та форма сопричастия, которая определялась в те времена в пространстве восприятия людей были созданы и определены с долговременным результатом, с долговременным пониманием. Сама фигура Понтия Пилата была создана именно, как фигура человека, который создал условия для казни Христа, создал условия принятия решений со стороны противовесных сил, которые определяли в то время власть, состояние религиозных убеждений. Именно эти противовесы и являются в настоящее время и в то время, когда создавалась молитва, неким символом, которым обрекается фигура Понтия Пилата.

Фигура Понтия Пилата в молитве, по сути, есть символ противовеса новой религии Христа, новой религии просветления, веры в спасение. Эта религия привносилась на старую основу, которую олицетворял Понтий Пилат в лице Римской империи, в лице тех иудеев, которые проповедовали ортодоксальную иудейскую религию. На сегодняшний день роль имени Понтия Пилата является именно таким содержательным началом в молитве «Верую». Именно его роль в состоянии того общества, его роль как противовесного фигуранта и есть суть включение его имени в эту молитву. Конечно же, он не стал святым, не стал каким-то историческим персонажем с точки зрения его значимости, но его имя вошло в историю именно потому, что зарождение христианства было на базе конкретных мнений, конкретного влияния конкретных сил, конкретных религий, общественного уклада. 

Этот общественный уклад и характеризуется его именем, поскольку обрисовать в молитве все полностью характеристики не представляется возможным. В этой связи включено его имя, как имя, олицетворяющее именно эти символы, эти информационные характеристики, эти параметры пространства, которые были свойственны тому времени. С точки зрения понимания его роли, его «заслуг» здесь нет ничего странного, поскольку его поведение в то время было достаточно агрессивным, и по отношению к тем историческим персонажам, которые показываются в ваших фильмах. Это было гораздо более проявлено, более резко, более злонамеренно и выражено в эмоциональном составе в его действиях, поскольку эта злонамеренность была определена уже непосредственно цивилизациями, которые реально по сценарному плану противодействовали этому состоянию, старым структурам, старым основам своих взглядов. 

Если есть вопросы, задавай.

В: Что означает «более выражено», то есть он был более эмоциональным, злым?

С: В те времена были распространены эмоциональные высказывания, диалоги, которые образовывали кричащую речь, эмоционально яркие высказывания. С точки зрения сегодняшнего понимания так себя люди не вели и не ведут, поэтому, когда ваш кинематограф или театр изображает персонаж Понтия Пилата, то он изображается в достаточно спокойной обстановке. На самом деле это было выражено совершенно не так. Он был очень импульсивный, был очень жестокий, и с трудом сдерживал свои внутренние порывы, любил кричать, издеваться над людьми, и любил насилие в том виде, который позволяла его власть, который это позволяли ему параметры власти. Поэтому и была определена такая смерть Христа, именно такие пытки, именно такие издевательства, которые и вошли в сценарный план, которые вошли, как некая система взаимодействия. 

Его фигура была выбрана, как и место смерти Христа, изначально по этой же причине, по причине его жестокости, по причине его ненависти к зарождающимся религиям, к зарождающемуся новому состоянию человечества, состоянию христианства. Его эмоциональные порывы, его взаимодействия с сообществом того времени создавали не только страх среди населения, но и создавали сомнения в истинности его поведения, в истинности его мотивов. Это сомнение подвигало людей как раз в сторону христианства, в сторону сострадания, в сторону перехода на другую форму религии. Об этом можно очень много рассказывать, поскольку, собственно, христианство в ранние времена – это не изученные и не освещенные моменты вашей действительности, поскольку они подаются в сослагательных наклонениях, исходя из тех исторических документов, Библии, которые на сегодняшний день сохранились, но которые не содержат реальных эмоциональных окрасов, реальных взаимодействий людей тех времен.

В те времена взаимодействия людей были более яркие, более эмоциональные, более открытые. С точки зрения понимания этих взаимоотношений, эта яркость, открытость, эмоциональность создавала очень интересные взаимосвязи, очень интересные отношения, которые на сегодняшний день называются крепкой дружбой, состраданием, влиянием одного человека на другого и так далее. В те времена взаимосвязь людей была очень тесной, была практически равна братству, сестринству, была равна как отношения родителей к ребенку. Люди не только уважали друг друга и чтили, но и создавали между собой определенные энергетические балансы, определенные энергетические совокупности, которые образовывали эгрегоры семей, эгрегоры городов, эгрегоры пространства проживания. 

Проживание людей было совершенно другим по принципу и по сути своего определения в пространстве. Люди жили не для того, чтобы выживать, не для того, чтобы работать, они жили для того, чтобы созерцать, чтобы производить какие-то творения, какой-то труд в виде работы в поле, в виде сбора винограда, в виде переработки пшеницы, в виде ухода за скотом и так далее. Но это была не работа, не работа раба, это было добровольное участие человека в системе взаимодействия человека с его обязанностями. Никто никого не заставлял, если только этот человек не являлся слугой, рабом или отрабатывал долги. С точки зрения понимания того общества не было восьмичасового рабочего дня, не было состояний обязательств по отношению к определенной системе труда, определенной занятости. Это создавало у людей чувство свободы, чувство радости, чувство счастья. Это счастье и радость они передавали друг другу, передавали как отношение, как систему взаимодействия.

Это сложно понять сегодняшнему человеку, который взаимодействует целый день в рабочем кабинете с различными людьми по определенным задачам и принципам, которые не только не приносят состояния удовлетворения, а больше приносят состояние раздражения и утомления. Это тяжело понять, поскольку, воссоздав эту картину, поместив сегодняшнего человека в то прошлое, вы не только будете растеряны, но и самое главное не поймете принцип взаимодействия, суть взаимодействия и причины взаимодействия такого настроения, такого настроя, таких событий. Человек просто не поймет, зачем необходимо посвящать столько времени разговору с соседями, с близкими, с детьми, посвящать столько времени воспитанию ребенка, посвящать время на молитвы, посвящать время на общение с незнакомыми людьми и так далее. С точки зрения контактности, с точки зрения взаимодействия, коммуникабельность людей была очень велика, поскольку люди не боялись друг друга, и даже при наличии различных деструктивных явлений, как бандиты, как грабители, все равно люди оказывали друг другу доверие, взаимопомощь, взаимовыручку. С точки зрения понимаемой среды обитания, собственно, ценностью жизни люди считали их опыт, накопленный от общения, от взаимосвязи друг с другом, их опыт, который передавал знания от одного человека к другому. Это было единственным видом информационного, насыщенного обмена, информационной подпитки.

Следовательно, именно способ общения, именно сами контакты людей, их отношения создавали возможность выращивания этого опыта, передачу опыта, и приумножение этого опыта в своей среде, в своих группах, в своем сообществе. Не обладая хорошей коммуникабельностью, не обладая желанием общаться между собой, не получалось бы развития, собственно, сообщества, знаний, тех структур информации, которые не могли передаваться через бумажные носители, через информационные каналы связи. Поэтому единственным способом общения был разговор, было общение людей на улице, на площадях и так далее. Следовательно, само по себе суть разговорного определения информации носило под собой определенные условия не только обитания человека в том пространстве, но и его обучение, его навыки. 

Следовательно, в те времена, в которых происходило зарождение христианства, тот опыт был совершенно другим, был определен в забытых состояниях, в забытых условиях. Я рассказываю это тебе для того, чтобы ты понимал, что там раньше, когда-то очень давно, две тысячи лет назад люди общались с собой и с незнакомыми людьми, как с братьями и сестрами. Я это напоминаю, потому что пришло время именно такого общения, именно таких категорий взаимоотношений, от которых когда-то уже отказались, и пришли к сегодняшнему состоянию сообщества, когда люди не разговаривают друг с другом, будучи соседями, и даже не знают как их зовут, не знают кем кто работает и так далее. Соответственно, это создает не только изоляцию человека в своем пространстве, но и его регрессию по отношению к его опыту, к его сопричастию с людьми.

Необходимо не только изменить пространство восприятия человека, но и координатные базисные начала определения людей, поскольку, проживая в таких конгломератах, в таких городах, человек определяет себя как нечто ничтожное, мелкое, никому ненужное существо, которое является механизмом, винтиком какого-то большого процесса. На самом деле это он определяет так процесс, это он заказывает такую картину, это он создает это пространство, правда по векторам и определениям других цивилизаций, которые создают ему такую картину. Необходимо понимать, что перейти в состояние нового баланса, новых возможностей необходимо сейчас, необходимо быстро, необходимо качественно перейти на состояние общения, доверия, любви, взаимопомощи. Эти состояния образуются среди людей, которые проживают в частных домах, в деревнях, в селах. 

Во многих селах сохранились достаточно теплые отношения между соседями, между теми людьми, которые определяются в пространстве деревень. Но этого недостаточно, поскольку те условия проживания, которые существуют в деревнях также не подходят для новой формы общения. Люди должны жить на природе, достаточно близко друг к другу, но не в отдельных домах, а в конгломератных ячейках, которые позволяют с одной стороны воспитывать детей, комфортно проживать в условиях, похожих на дом, но с другой стороны взаимодействовать между собой, создавая общины, коллективы, которые проходят опыт, создают творения, создают продукты труда. Это тема, которую нельзя директивно описывать с точки зрения ожидания, с точки зрения предвкушения. Это тема, которую просто необходимо понять, как базисное начало, как некий вектор, который человек должен направлять в своей системе развития, как систему понимания, как систему внутреннего определения. На этом я закончил. Я, Архистратиг Михаил.

В: Спасибо, Учитель. Спасибо за интересную информацию. Это урок – напутствие, для тех, кто еще верит.